Прекарный труд в условиях Украины

Юрій Шахін

Высокая безработица, неформальная и неполная занятость, гражданско-правовые
договоры, текучесть кадров и трудовая миграция - все говорит о
неустойчивости положения украинских трудящихся

01.02.2018

В последние годы приобрела особую популярность тема прекарного труда. Это
явление все более распространяется и заставляет о себе говорить - причем,
мнения о том, что же такое прекарный труд расходятся. На наш взгляд,
прекарность - это неустойчивая, нерегулярная занятость, которая приводит к
нестабильному и случайному характеру доходов. Чтобы понять, насколько это
актуально для Украины, мы рассмотрим, как это явление проявляется сейчас на
официально подконтрольных Киеву территориях, за исключением части Донбасса
и Крыма.

За исключением специально оговоренных случаев мы будем исследовать данные,
которые приводятся по сборникам "Праця України" и "Економічна активність
населення України" за 2016 год - сравнивая их с показателями 2011 года для
всей Украины, поскольку автор этой работы проводил анализ структуры
занятости населения страны по данным за этот год.

Итак, в 2016 году экономически активное население Украины составляло 17
миллионов 955 тысяч человек. В это число входят как занятые, так и
безработные, которые активно ищут работу. Занятых было 16 млн. 277 тыс., а
безработных 1 млн. 678 тыс. В 2011 году картина была другая: число занятых
составляло 20 млн. 324 тыс. при 1 млн. 733 тыс. безработных. Как видим,
удельный вес безработных вырос. В 2011 году он не превышал 7,9 %, а в 2016
достиг 9,3 %. А увеличение масштабов безработицы - это первый признак
распространения прекарности.

Статистика уже лет десять проводит разграничение между формально и
неформально занятыми гражданами. Неформально занятые лица действуют вне
законодательного поля и не оформляют свою занятость юридически, а формально
занятые оформляются, и могут быть также обозначены как официально занятые
граждане. В сфере неформальной занятости действуют устные договоренности и
обычаи. Разумеется, там отсутствует социальное страхование и обеспечение,
нет пенсионных отчислений - зато расторжение трудовых отношений по
инициативе работодателя там не вызывает никаких трудностей, и это
представляет собой прекрасную почву для развития прекарности.

В 2016 году формально (официально) занятых насчитывалось 12 млн. 316 тыс.,
а число неформально занятых составляло 3 млн. 961 тыс. - или 24,3 % от
общего числа занятых.

Примечательно, что из числа неформально занятых 1 830 тыс. человек работали
в формальном секторе - то есть, на легально существующих предприятиях. В
принципе, здесь нет ничего сенсационного: работа на официально существующих
предприятиях без письменного заключения договора практикуется на Украине
уже много лет. Ново лишь то, что статистика, наконец, дала этому явлению
количественную оценку. В 2011 году неформальная занятость имела такой вид:
официально занятых насчитывалось 15 619 тыс. и занятых неформально 4705
тыс., или же 23,2 %. Как видим, ее удельный вес также обнаруживает
тенденцию к росту.

Для понимания социальной природы неформальной занятости важно рассмотреть
ее распределение между городом и деревней. Среди горожан на 10 млн. 639
тыс. официально занятых приходится 1 млн. 892 тыс. неформалов, а на селе
это 3 млн. 507 тыс. официальных работников и 2 млн. 069 тыс. неформальных.
Таким образом, неформальная занятость тяжелее всего поразила украинское
село.

При распределении общей массы неформально занятых лидируют сельское, лесное
и рыбное хозяйство (40,8 %), оптовая и розничная торговля, ремонт
автотранспортных средств (20,9 %) и строительство (15,5 %). Сообразно
отраслевой структуре почти половина занятости в неформальном секторе
приходится на простейшие профессии, которые не требуют квалификации. Это
влияет и на образовательную структуру неформально занятых, 70 % которых
составляют лица со средним и профессионально-техническим образованием.

Если рассматривать ситуацию по регионам, неформальная занятость
распределена в них неравномерно, и соседние области могут демонстрировать
совершенно разные показатели. Однако на общем фоне заметно выделяются
области карпатского региона (исключая Львовскую), а также Ровенская и
Херсонская области - которые считаются аграрными областями. Абсолютный
рекорд принадлежит Ивано-Франковщине с уровнем неформальной занятости 53,2
% - при среднем по Украине 24,3 %.

Официальная статистика говорит нам, что неформально занятые имеют разный
удельный вес среди наемных работников и самозанятого населения, которое в
социальном смысле соответствует мелкой буржуазии, ремесленникам и
крестьянству. Среди наемных работников их 15,1 %, а среди самозанятых -
74,3 %.

Таким образом, неформальная занятость в наибольшей степени свойственна
лицам физического труда с низким уровнем образования и квалификации. Если
они не самозанятые, а работают на капиталиста, их положение не гарантирует
соблюдения даже элементарных норм трудового права, поскольку трудовые
отношения базируются на устной договоренности. А в ситуации, когда почти
каждый десятый человек безработный, условия этой договоренности диктует
работодатель. Таким образом, неформально занятые - это самый настоящий
прекариат.

Среди тех, то устроился на работу официально, тоже присутствуют прекарные
тенденции. Напомним, что общее число занятых граждан составляет 12 млн. 316
тыс. - причем, 244,8 тыс. их них работали по гражданско-правовым договорам.
Это один из излюбленных приемов неолиберальной политики занятости -
замещать трудовой договор гражданско-правовым, что является прямым путем к
прекарности. В 2011 году насчитывалось 281 тысяча трудоустроенных на таких
условиях граждан. Переведем это в относительные величины и получим - в 2011
году по гражанско-правовым договорам работало 1,8 %, а в 2016 году - 2 %
человек. Другими словами, здесь мы опять имеем определённый рост.

В условиях экономического кризиса традиционно получает развитие неполная
занятость. По этому вопросу статистика дает данные только для штатных
сотрудников предприятий с числом занятых более 10 человек. Среди них 164
тысячи находились в отпусках без сохранения зарплаты, а 464 тысячи работали
неполный рабочий день (из них 310 тыс. приходилось на промышленность) - 2,1
и 5,9 % от общего числа штатных работников. В 2011 году их число
соответственно составляло 1,8 % и 8,6 %. Удивительно, но хоть в одном
случае что-то изменилось к лучшему.

Неустойчивый характер занятости проявляется также в текучести кадров.
Современная статистика называет ее "мобильностью рабочей силы". "Найбільш
високий рівень мобільності у 2016 р. спостерігався у сільському
господарстві, діяльності у сфері адміністративного та допоміжного
обслуговування, оптовій та роздрібній торгівлі, сфері тимчасового
розміщування й організації харчування, де кількість вибулих і прийнятих
перевищувала середньооблікову кількість штатних працівників на 0,9%-13,8%" -
констатируют современные украинские статистики. По сути дела, контингент
занятых работников полностью обновился в этих отраслях за минувший год.
Если даже принять во внимание сезонный характер работ в сельском хозяйстве,
на ряде предприятий АПК, в гостиничном и ресторанном деле, и так далее,
этому явлению требуется дополнительное объяснение. Очевидно, оно связано с
плохими условиями труда и низкой зарплатой, благодаря чему люди бегут
оттуда даже несмотря на угрозу безработицы. "Також високий коефіцієнт
мобільності зафіксований на підприємствах із виробництва харчових
продуктів, напоїв та тютюнових виробів (88,3%), у фінансовій та страховій
діяльності (81,7%), у будівництві (80,4%)" - фиксирует уже цитированное
нами исследование.

В 2011 году текучесть кадров была даже выше: "У деяких видах економічної
діяльності, зокрема в рибальстві, рибництві, сільському господарстві,
мисливстві та пов'язаних з ними послугах, торгівлі, діяльності готелів та
ресторанів, кількість вибулих і прийнятих становила від 108,1% до 140,6%
середньооблікової кількості штатних працівників. Серед промислових видів
діяльності найбільш високий рівень мобільності кадрів спостерігався на
підприємствах із виробництва харчових продуктів, напоїв та тютюнових
виробів (98,9%), виробництва іншої неметалевої мінеральної продукції
(84,5%), виробництва шкіри, виробів зі шкіри та інших матеріалів (73,2%),
оброблення деревини та виробництва виробів з деревини, крім меблів (72,9%),
текстильного виробництва; виробництва одягу, хутра та виробів із хутра
(62,0%)".

Можно предположить, что трудности с поиском работы все же заставляют многих
сотрудников больше дорожить рабочими местами - даже если условия труда по-
прежнему невыносимы. Так, состоянию на конец 2016 года работодатели заявили
о наличии всего лишь 36 тысяч вакансий - при почти 18 млн. экономически
активного населения, включая 1 млн. 670 тыс. безработных. Хуже была
ситуация только в 2015 году, когда показатель вакансий составлял 26 тысяч
мест. Хотя в 2011 году было доступно 59 тысяч вакансий.

Еще одной причиной некоторого снижения текучести может быть интерсивная
трудовая миграция. Трудящиеся Украины активно ищут лучшей доли, как внутри
страны, так и за рубежом. В 2016 году 388 тысяч человек работали за
пределами региона своего постоянного проживания - и пока это единственный
показатель, который официально проливает хоть какой-то свет на масштаб
внутренних трудовых миграций.

Внешняя трудовая миграция долгое время вообще была предметом спекуляций и
догадок - пока, наконец, в 2017 году украинские статистики не провели
специальное исследование, итоги которого отражены в бюллетене "Зовнішня
трудова міграція населення". Но и этот бюллетень не снимает вопросы. Дело в
том, что надежность полученных данных сильно различается по регионам. Это
понятно: исследование проводилось весной 2017 года, и охватывало период
2015-2017 годов. Не секрет, что в это время многие уклонялись от
мобилизации в армию, покинули свой дом по политическим причинам - и давать
правдивый ответ об отъезде родственников заграницу мог далеко не каждый.

Статистика зафиксировала это противоречие, поскольку для запада страны
коэффициент вариации данных составляет 7,8 %, а для востока - 37 %. Кроме
того, обследование не проводилось в ДНР и ЛНР, а зарубежная миграция оттуда
вообще не отражена в бюллетене, как и внешняя трудовая миграция в Крыму. В
итоге статистики вышли на показатель 1 миллион 303 тысячи трудовых
мигрантов - хотя, похоже, что он занижен даже для масштабов подконтрольной
Киеву территории.

Было бы очень любопытно узнать, как повлиял на трудовую миграцию и общее
состояние занятости безвизовый режим с Евросоюзом. Однако об этом
статистика пока еще ничего не сообщала.

Подведем итог. Высокий уровень безработицы, неформальная занятость,
неполная занятость, гражданско-правовые договоры, текучесть кадров,
трудовая миграция - все говорит о неустойчивости положения большинства
украинских трудящихся. Прекарность налицо. В то же время, нельзя сказать,
что политическая катастрофа 2014 года привела здесь к по-настоящему
качественным изменениям. Тенденции, которые возникли задолго до
Евромайдана, продолжают действовать, усиливаясь количественно.

Юрий Шахин

LIVA.com.ua

UAmedia

ProEco - новостной мониторинг экологии Украины