Эксперты дали жесткий прогноз для России

Сергей Гуриев, Сергей Алексашенко и Константин Сонин - три известных
российских экономиста, уехавших из России, ответили на вопросы о будущем
российской экономики и о собственной жизни за границей. Увы, рецепты,
которые могли бы вывести Россию из экономического тупика, по мнению
экспертов, неосуществимы как минимум до 2024 года.

Российская экономика прожила полтора квартала 2019-го, и этого уже
достаточно, чтобы сказать: год обещает быть противоречивым. С одной стороны
- укрепился рубль и выросли цены на нефть, хотя таким успехам Россия
обязана больше стечению внешних обстоятельств, чем эффективности
экономической политики. С другой - страна переживает последствия повышения
НДС и прочих непопулярных реформ: "идеальная" инфляция в 4% осталась в
прошлом, цены растут, доходы населения падают.

Больше всего люди хотят знать: будут ли они беднеть и дальше или же все
наладится. От властей правдивого ответа ждать не приходится, поэтому мы
поинтересовались взглядом со стороны и побеседовали с известными
российскими экономистами, живущими ныне за рубежом и оценивающими ситуацию
не изнутри. Это бывший ректор Российской экономической школы, ныне главный
экономист Европейского банка реконструкции и развития, профессор экономики
парижской Школы политических наук Сергей Гуриев (уехал из России во Францию
в 2013 году, фигурировал в "деле экспертов ЮКОСа").

Второй собеседник - Сергей Алексашенко, первый зампред Центробанка в 1995-
1998 годах, (уехал из России в США в 2013 году, позже стал фигурантом дела
о вывозе из страны культурных ценностей).

Третий эксперт - Константин Сонин, профессор Чикагского университета и ВШЭ,
переехал в США в 2015 году.

- Как вы оцениваете состояние российской экономики: болевые точки,
возможные драйверы роста и тормоза развития?

Сергей Гуриев: В обозримом будущем в российской экономике вряд ли возможен
макроэкономический кризис. Федеральный бюджет исполняется с профицитом, в
Фонде национального благосостояния накоплены существенные средства,
денежная политика удерживает инфляцию под контролем.

С другой стороны, не стоит ожидать и быстрого экономического роста.
Российская экономика продолжает расти темпами 1,5-2% в год, все больше
отставая от США, от стран Центральной и Восточной Европы и даже от
Казахстана.

Основным тормозами развития являются несовершенство институтов, плохой
инвестиционный климат, высокий уровень коррупции, изоляция от мировой
экономики. Потенциал роста связан с человеческим капиталом, поэтому
ключевым риском является эмиграция образованных специалистов и
предпринимателей и деградация системы образования.

Сергей Алексашенко: Состояние экономики иначе как печальным назвать нельзя.
За последние 10 лет средний темп роста менее 1% в год - это показывает, что
Россия стремительно отстает от всего остального мира. Главная болевая точка
- разрушенная институциональная среда, что ведет к отсутствию системы
защиты прав собственности - основы основ любого бизнеса. Я говорю о
политической конкуренции, независимом суде, верховенстве права и свободе
слова.

Сохранение нынешней политической конструкции, продолжение военно-
политического противостояния с Западом и агрессии против Украины - вот
основные тормозы развития. Единственный драйвер роста - креативный подход
Росстата, который умудряется улучшать экономические показатели при каждом
их пересмотре, плановом или внеплановом, объяснить которые он не в
состоянии никому.

Константин Сонин: Российская экономика находится в сложном, но не
критическом положении. Стагнация производства, доходов, уровня жизни
продолжается уже десять лет: недолгие спады сменяются краткосрочными
подъемами, но средний темп роста остается ниже 1% в год. Основной проблемой
российской экономики последние годы является избыточное давление со стороны
государственных органов. Все время принимаются новые ограничительные
законы, новые подзаконные акты - каждый такой закон повышает
производственные издержки и снижает стимулы к инновациям.

Правоприменительная практика становится все более враждебной бизнесу, а
ведь именно предпринимательская деятельность является источником
экономического роста.


- Как будет меняться российская экономика до 2024 года - следующего
политического цикла? Есть ли надежда на ее качественные изменения в
позитивную сторону?

Сергей Гуриев: В сообществе экономистов, анализирующих российскую
экономику, сложился следующий консенсус. Во-первых, ускорение роста
невозможно без институциональных реформ. Ну а во-вторых, этих самых
существенных реформ никто не ожидает.

Сергей Алексашенко: При сохранении тех тормозов, о которых я сказал выше,
российская экономика не имеет шансов серьезно измениться. В современном
мире ни одна страна не может успешно развиваться с опорой исключительно на
собственные силы. Залог быстрого роста - вовлечение в глобальную экономику.

Импортозамещение - дорога в тупик, в котором страна уже была во времена
СССР. Национальные проекты - это наивная вера в то, что государственные
инвестиции, финансируемые за счет повышения налогов, окажутся более
эффективными ,чем частные. На практике выходит так: чем больше государство
инвестирует, тем больше миллиардеров появляется в стране.

Константин Сонин: До 2024 года я не ожидаю ни катастрофического спада, ни
выхода из стагнции. Чтобы перейти к росту, нужна, как минимум, активная,
агрессивная работа правительства. Даже без проведения глубоких, серьезных
реформ нужно отменять контрсанкции, бьющие, прежде всего, по бедной части
населения, отменять всю эту практику интернет-ограничений, потому что это
осложняет заимствование и внедрение передовых технологий, выгонять
коррумпированных чиновников и менеджеров госкомпаний. Без этого выхода из
стагнации не будет.

- Как складывается ваша профессиональная жизнь и карьера за рубежом?

Сергей Алексашенко: С одной стороны, мне интересен широкий круг общения со
специалистами в разных областях, что позволяет расширять кругозор. С другой
стороны, я здесь, в Америке, "чужой" - представитель страны, являющейся
основной геополитической угрозой, поэтому всерьез о карьере говорить не
приходится.

Константин Сонин: Складывается хорошо. В 2015 году я стал профессором
Чикагского университета. Поскольку я сразу стал полным и пожизненным
(tenured) профессором, а Чикагский университет - ведущий центр в мире в
области экономической науки, трудно пожелать лучшего места или лучшей
работы. Чисто академически более высоких позиций нет. Вызов для меня -
сделать что-то интересное и важное в науке.

- Не хотите ли вернуться в Россию и что может заставить вас задуматься о
возвращении?

Сергей Гуриев: Нет, у меня очень интересная работа.

Сергей Алексашенко: Конечно, хочу, но пока не могу приехать даже для того,
чтобы навестить родителей - я нахожусь в федеральном розыске в рамках
сфабрикованного уголовного дела. Если говорить о долгосрочной перспективе,
то я уехал потому, что было невозможно найти какую-либо работу на Родине.
Поэтому о возвращении в Россию смогу задуматься лишь тогда, когда в стране
жизнь начнет меняться, и для меня откроются какие-то интересные возможности.

Константин Сонин: В современном мире место жительства - далеко не самый
главный фактор, определяющий бытие человека. Хотя большую часть учебного
года я тружусь в Чикаго, несколько месяцев в году я провожу в Москве. Я по-
прежнему работаю в Высшей школе экономики, у меня там есть студенты,
аспиранты и, конечно, коллеги. Я выступаю на летних школах и с публичными
лекциями по экономике.

Автор: Инна Деготькова

Источник: www.mk.ru

УкрОП.org

UAmedia

ProEco - новостной мониторинг экологии Украины